Сможет ли новый король найти выход из каталонского кризиса в Испании?

Новый король Испании планирует решить вопрос с отделением Каталонии

Перед новым королем Испании стоит непростая задача — не допустить разделения страны и вернуть мир между Барселоной и Мадридом

Карлос заявил о решении отречься от трона в пользу сына. В некоторых кругах наследного принца Фелипе уже приветствуют как лицо масштабного движения возрождения нации.

Например, есть надежда, что новый монарх, свободно говорящий на каталонском языке, сможет способствовать заключению нового соглашения между Мадридом и Барселоной, предотвратив разделение между двумя частями страны.

Смена короля происходит в момент глубокого кризиса между правительством и регионом: правительство Каталонии назначило референдум о независимости на ноябрь. Правительство в Мадриде намерено его предотвратить. В любом случае конституционный конфликт неизбежен.

В своем первом публичном выступлении после того, как его отец, король Испании Хуан Карлос, отрекся от престола в его пользу, Фелипе явно намекал на Каталонию, заявляя, что он хочет служить стране «единой и многонациональной». За этой фразой скорее всего скрывается призыв к новому раунду переговоров и, возможно, даже предположение, что Испании необходимо примириться с более свободной формой сосуществования с ее регионами.

Было ли это умышленным посланием или нет, перспектива королевского вмешательства взволновала Барселону. Альберт Понт, президент Каталонской бизнес-ассоциации, выступающей за независимость, заявил ежедневной газете El País, что Фелипе является «последним инструментом в распоряжении правительства для решения каталонской проблемы «мирно, спокойно и согласованно». Другие лидеры движения за независимость поспешили заверить своих последователей, что приход нового короля не ослабит их намерение добиться отделения от Испании.

Пример королевского вмешательства показал отец Фелипе. Хуан Карлос взошел на трон в 1975 году и сыграл решающую роль на пути Испании к демократии. В 1981 г. он взял на себя исполнительные полномочия, чтобы предотвратить возвращение страны к военной диктатуре и помешать государственному перевороту.

Некоторые испанцы проводят прямую параллель между прошлым и настоящим. Испанский писатель Мануэль Винсент говорит, что Каталония — это «23‑Ф» для Фелипе, что означает день попытки переворота, случившейся 23 февраля 1981 г. Смысл понятен: Испания снова переживает настолько серьезный кризис, что необходима интервенция органа власти, который находится выше ежедневной политики.

Однако такую точку зрения поддерживают немногие. Большинство испанцев хотят навсегда отменить монархию. А те, кто не хотят, считают, что король должен вести себя, как все другие коронованные особы в Европе: как лицо, представляющее страну, а не переделывающее ее. Фелипе, прилежному принцу, который много советуется и не принимает поспешных решений, стоило бы остаться в стороне: 2014‑й — не 1981‑й. Когда его отец вмешался и предотвратил переворот, демократия в Испании находилась в зародышевом состоянии, и большинство избранных народом лидеров страны были заперты внутри здания парламента, контролируемого военными-мятежниками. Хуан Карлос знал, что подавляющее большинство его подданных поддерживают его конечную цель — сохранение демократии в Испании.

В вопросе Каталонии нет такого консенсуса. Также есть сомнения, что Фелипе имеет такую же поддержку среди народа, как его отец в 1981 г., особенно в Каталонии. На прошлой неделе в ходе голосования по поводу смены монарха депутаты из двух основных региональных каталонских партий либо воздержались, либо проголосовали против передачи власти. Многие будут бойкотировать официальную королевскую декларацию в четверг.

И есть еще одна, последняя, причина, почему Фелипе стоит избегать прямого вмешательства в каталонский вопрос. Хуан Карлос, возможно, потерял общественное уважение во второй половине своего правления, но мало кто поспорит с тем, что он проявил исключительную политическую дальновидность и тактическое мастерство во время перехода к демократии.

У его сына, возможно, есть диплом в сфере международных отношений, но ему еще предстоит доказать, что он обладает достаточными политическими инстинктами для того, чтобы выступать посредником в таком серьезном конфликте, как тот, который сейчас развивается между Испанией и Каталонией.

Каким бы сложным он ни казался, этот кризис должны разрешить политики, а не короли.

Источник: Капитал