NYT: Большая часть войны на Донбассе проходит мимо европейских наблюдателей

Жители Авдеевки, города на Восточной Украине, приступают к своим вечерним ритуалам. Солдаты в зеленой одежде надевают каски и заряжают оружие, а наблюдатели в белой одежде – представители европейской организации, которая отслеживает режим прекращения огня, – убирают блокноты в карман, рассаживаются по машинам и уезжают. А потом начинаются боевые действия.

Авдеевка – самая беспокойная “горячая точка” на контрольной линии, разделяющей украинскую армию и сепаратистов, которых поддерживает Россия.

То, что наблюдатели ОБСЕ патрулируют эту территорию только в дневное время (работают по “расписанию банков”) и их миссия имеет недостаточные полномочия, мало способствуют прекращению войны.

В ходе выездов на патрулирование всякий раз, когда командиры военных с той или другой стороны возражают против их присутствия, наблюдатели разворачиваются и уезжают, не задавая никаких вопросов. Когда журналист NYT недавно сопровождал один патруль, наблюдателей спровадила медсестра украинской армии.

Полномочия миссии ОБСЕ слабы. Например, одна из ключевых групп наблюдателей, размещенная на двух КПП на российско-украинской границе, поддалась нажиму российской стороны и отказалась от использования биноклей, чтобы наблюдатели не наблюдали чересчур многого.

Полномочия ОБСЕ сводятся к наблюдению и не предполагают миротворческих усилий. Иными словами, наблюдатели не обязаны превращаться в “живой заслон”, разделяющий воюющие стороны. Они должны просто находиться достаточно близко к “горячим точкам”, чтобы наблюдать за боевыми действиями.

Замглавы миссии Александер Хуг сообщил, что у линии фронта размещено около 600 представителей ОБСЕ.

По словам Хуга, в один из недельных отчетных периодов в текущем месяце стало вдвое больше случаев, когда пророссийская сторона закрывала доступ наблюдателям, и миссия могла мало что сделать, кроме как доложить о помехах, которые ей чинят.

Отдельные наблюдатели сильно рискуют ради благородной цели. В городках, где ситуация более стабильная, чем в Авдеевке, ОБСЕ открыла передовые патрульные базы в гостиницах, она также размещает видеокамеры, которые продолжают съемку по ночам. Недавно у миссии появились автокараваны для ночевок в отдаленных местах.

Но ОБСЕ пока трудно адаптироваться к биоритмам войны, которая ведется преимущественно по ночам.

“Мы их называем слепоглухонемыми, – сказала медсестра украинской армии, которая назвалась “Ромашка”. – Они ничего не знают, ничего не видят. Они слишком мягкие”.

В один из дней, в Авдеевке наблюдатели закончили работу, как обычно, в 17:00. Услышать шум, который свидетельствует о нарушении прекращения огня, можно и из гостиницы. Сидя в окопе на окраине Авдеевки, журналист дождался начала еженощных боев.

Довольно скоро окрест началась стрельба. Пули, выпущенные с пророссийской стороны, попали в заброшенные деревенские дома, где днем отсыпаются украинские солдаты-призывники. Им ответил полудюймовый пулемет.

Стрельба становилась все ожесточеннее примерно до 21:00, когда откуда-то из украинского тыла начала стрелять тяжелая артиллерия, которую ни одна из сторон не должна развертывать. Она стреляла в сторону позиций повстанцев, слышался далекий грохот.

Солдаты сказали, что боевые действия происходили в типичном ночном ритме, хотя и были, похоже, интенсивнее, чем обычно. В тот вечер вблизи разделительной линии погибли три украинских военных, 16 были ранены.

Источник: New York Times