Financial Times: Что будет после победы над ИГИЛ

Кампания против самопровозглашенного “Исламского государства” в Ираке и Сирии близка к успеху – если это определяется сокращением территории ИГИЛ и отвоевыванием его городских оплотов.

Поддерживаемые США иракские войска взяли под контроль большую часть Мосула. Ракка, столица ИГИЛ на северо-востоке Сирии, окружена с трех сторон поддерживаемыми США курдскими бойцами. Турция и так называемая Свободная сирийская армия в феврале взяли контролировавшийся ИГИЛ город Аль-Баб, расположенный дальше на западе, чтобы помешать сирийским курдам объединить завоеванные ими территории. Предварительный прогноз заключается в том, что ИГИЛ откажется от своего протогосударства и превратится в региональную группировку боевиков и международных террористов. И, пока это происходит, между соперничающими участниками этой трагедии, сражающимися за территорию в этом бесконечном геополитическом столкновении, возможно “всеобщее побоище”, даже если они номинально воюют на одной стороне.

Еще большую тревогу вызывает другой взгляд на эти зловещие события в Сирии и Ираке и на большей части Ближнего Востока. Ведущие действующие лица проводят политику, которая почти полностью уничтожает умеренные силы. На Ближнем Востоке центр не в состоянии удержаться, потому что слишком много сил с готовностью его подрывают. После гибели почти полумиллиона человек большинство занимающих центральную позицию в сирийском восстании против Башара Асада были ликвидированы, а половина населения перемещена или бежала.

США видят этот невообразимый конфликт почти исключительно в рамках войны против ИГИЛ и их собственного противостояния с Ираном – даже если сунниты, особенно в Ираке, считают, что американские силы заодно с шиитскими марионетками Ирана. Для России, вмешательство которой спасло режим Асада, как представляется, все подчинено цели ее возвращения на политическую арену в качестве мировой и региональной державы. Турция намеревается помешать сирийским курдам укрепить фактическое государство на ее границах.

“Мы не знаем, кто теперь главный и есть ли еще у Башара на самом деле хоть какая-то власть”, – говорит известный христианский деятель в Латакии, прибрежном анклаве, контролируемом сирийским режимом.