Американский политолог рассказал, как закончить войну в Украине

По данным прессы, администрация президента США Дональда Трампа планирует предложить размещение в Украине миротворческих сил.

Между тем, данная инициатива будет иметь больше шансов на успех, если Вашингтон предложит комплексное соглашение, в рамках которого Украина останется нейтральной страной, и пообещает прекратить дальнейшую экспансию НАТО.

Вашингтонские политики, по всей видимости, просто не могут себе представить жизнь без врага. Вместе с тем, так называемая российская угроза на деле является пустым звуком, убеждён он. Владимир Путин — неприятный авторитарный лидер, но его царство — свободнее, чем владения американских союзников вроде Египта, Саудовской Аравии и Турции, а последних Вашингтон щедро одаривает и вниманием, и деньгами, и оружием. Вмешательство же Москвы в выборы, которое, судя по всему, имело даже при самой щедрой оценке лишь незначительный эффект, было скверным делом, но жаловаться в этом случае Вашингтону не слишком к лицу: по некоторым подсчётам, США в прошлом вмешивались в выборы в 81 стране, а администрация Клинтона сделала в 1996 году всё возможное, чтобы обеспечить переизбрание Бориса Ельцина, что по иронии судьбы в итоге и обернулось президентством Путина.

Современную Россию никак нельзя назвать идеологическим конкурентом Штатов, поскольку путинизм не нравится почти никому, кроме самого Владимира Путина и его дружков, а сам российский лидер, пусть он и рано продемонстрировал свои авторитарные тенденции, никогда не был «идеологом-коммунистом», и его не устраивало только отношение Запада и США к России. В сущности, за одним этим исключением, у Путина нет никаких претензий к США, и он напоминает типичного царя — требует уважения к России и уделяет особое внимание её безопасности.

Этим и объясняется внешняя политика Кремля и в частности — его позиция по Сирии, где он отстаивает своё влияние, а также по Украине и Грузии, которых он твёрдо намерен не пускать в НАТО. Тот факт, что Москва противостоит экспансии исторически враждебного ей альянса до собственных границ и захвату им территорий, когда-то бывших неотъемлемой частью его государств-предшественников — и Советского союза, и Российской империи — не должен никого удивлять. Это не очень хорошо для самих Грузии и Украины, но вот Вашингтон редко допускает, чтобы какая-то справедливость мешала ему преследовать свои интересы в плане обороны.

Несмотря на вопли и скрежет зубов в Европе в связи с поведением Москвы, признаков того, что Путин замышляет нападение также не наблюдается. Даже если Россия и не была бы в гипотетической войне с Западом обречена на поражение, Кремль в любом случае ничего бы не выиграл от такого конфликта — и именно поэтому Путин в совершенстве овладел искусством нарушать спокойствие тех стран, которые хотят свалить большую часть оборонных обязанностей на Соединённые Штаты. Слабеющей державе России могла показаться настолько уязвимой лишь такая Европа, которая стала безнадёжно зависимой от Америки. Сообщество европейских стран в своей совокупности в 12 раз сильнее России экономически, обладает в три раза более многочисленным населением, и в два раза больше тратит на армию; Россия же потеряла статус сверхдержавы четверть века тому назад, и сегодня она — серьёзная региональная военная держава со слабым экономическим и нестабильным политическим фундаментом. Конечно, страна обладает ядерным оружием, что даёт Путину ощутимый вес на международной арене, но такого оружия хватает и в США, и даже в самой Европе.

Вашингтон и его союзники продолжают давить на Россию санкциями, но практического смысла в них нет: Москва не отрыгнёт Крым без боя, а неспокойную обстановку в Восточной Украине она поддерживает для того, чтобы не допустить вступления Украины в НАТО. Более того, хотя в конгрессе и думают, что США могут влиять на положение дел в мире при помощи своей экономической мощи, националистичные правительства в действительности крайне редко прекращают преследовать интересы, которые они видят жизненно важными, лишь из-за санкций — и американцы сами должны это хорошо понимать, поскольку вряд ли бы уступили России или кому-либо ещё, если бы они поменялись ролями.

лавным приоритетом внешней политики США должно стать улучшение отношений с Москвой без какого-либо промедления. Западные политики дожидаются ухода Путина, однако он является лишь представителем более масштабных внутрироссийских политических сил, и за ним вряд ли придёт либерал в том смысле, в котором это понимается на Западе — ведь даже оппозиционный лидер Алексей Навальный, по оценке знакомых с ним людей, может оказаться таким же авторитарным правителем и националистом, как нынешний президент.

Между тем, прекращение конфликта на Донбассе и развенчание мнимых угроз Европе пошло бы на пользу всем — тем более, что Россия может оказать США и Западу в целом неоценимую помощь в решении других вопросов международной политики. И хотя даже если американо-российские отношения улучшатся, Россия всё равно продолжит преследовать собственные цели, она хотя бы будет более охотно учитывать интересы западных стран.

Москва с большей вероятность одобрит планы США по размещению миротворцев в Донбассе в том случае, если Вашингтон уделит внимание более масштабным вопросам, вызывающим беспокойство Кремля. Соединённым Штатам и их союзникам следует дать России чёткий сигнал о том, что они не собираются далее расширять НАТО и добиваться вступления в него Украины и Грузии. Если этот вопрос будет снят с обсуждения, у Москвы больше не будет стимула поддерживать украинский конфликт, а когда в Украине воцарится мир, эта страна перестанет парадоксальным образом представлять военную угрозу для России; в итоге, Украина сможет развиваться так, как считает нужным, Россия избавится от дорогостоящего конфликта, который сжигал ресурсы и жизни без особой на то причины, а Запад получит повод отменить антироссийские санкции, дабы продвигать экономическую интеграцию в Европе.

Подобный подход будет компромиссом, но не исключено, что это — лучший выход для всех сторон.

Автор: Дэг Бэндоу, политолог и экс-помощник президента Рональда Рейгана