Эстонцы больше опасаются сирийских беженцев, чем возвращения к советскому прошлому

Підтримай IPnews

По данным опроса, проведенного в Эстонии компанией TNS Emor, 42 процента граждан страны против приема беженцев, и лишь 32 процента готовы впустить мигрантов. Такое нежелание эстонцев принимать у себя беженцев – в особенности из Сирии и Африки – объясняется отсутствием опыта работы по новым направлениям европейской миграционной политики. Помимо этого, нестабильная экономическая ситуация и евроскептицизм, […]

1По данным опроса, проведенного в Эстонии компанией TNS Emor, 42 процента граждан страны против приема беженцев, и лишь 32 процента готовы впустить мигрантов. Такое нежелание эстонцев принимать у себя беженцев – в особенности из Сирии и Африки – объясняется отсутствием опыта работы по новым направлениям европейской миграционной политики. Помимо этого, нестабильная экономическая ситуация и евроскептицизм, подпитываемый миграционным кризисом в Европе и финансовыми трудностями Греции, позволили противникам приема беженцев и членства в Евросоюзе укрепить свои позиции в Эстонии. Инстинктивное стремление эстонцев сохранить свои культуру и язык, учитывая их историю, существенно упрощает задачу разжигания националистических настроений. Сразу после окончания Второй мировой войны этнические меньшинства составляли всего 2,7 процента населения Эстонии. К 1989 году эта цифра увеличилась до 38,5 процентов. В основном это были граждане Советского Союза, которые приехали или были вынуждены приехать, чтобы развивать тяжелую промышленность прибалтийской республики. К этой волне иммиграции этнические эстонцы отнеслись крайне негативно. «Эстонцы воспринимали это как своего рода экзистенциальную угрозу», — утверждает профессор сравнительной политологии в Таллиннском университете Райво Ветик. Несмотря на то, что русское меньшинство продолжает оставаться главной проблемой интеграционной политики Эстонии, Ветик видит в возможном притоке беженцев из Сирии и Африки положительный момент.

«Многие отмечают, что эстонцы и русские очень похожи. У нас с русскими гораздо больше общего, чем с новыми иммигрантами. Именно поэтому мы должны ускорить процесс интеграции и сделать его более эффективным», — заключает эстонский политолог.

Источник: Christian Science Monitor

Комментарии

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься.

Комментарии отстутствуют