«Ай, да сукин сын»: Лавров раскрыл секреты интернациональной операции по признанию отсутствия химоружия в Сирии

Секреты интернациональной операции, по итогам которой экспертами ОЗХО было зафиксировано полное отсутствие химического оружия в Сирии, раскрыл журналистам министр иностранных дел России Сергей Лавров. Вот так он ответил на вопрос журналиста о ом,  «какую из ваших командировок Вы бы назвали самой трудной и почему? И бывало ли такое, что, возвратившись из командировки, немножко отдыхая, думаете: «Боже мой, как все хорошо. Ай, да Сергей, ай да молодец!».

Сергей Лавров:

— Как у Пушкина, «ай, да сукин сын»? Если, вступая в переговоры, не иметь в виду конкретный результат, то лучше их и не начинать. Это не значит, что каждый раз получается все, что задумано. Так не бывает ни у кого и никогда. Но без четко поставленной цели на нее не выйти. Конечно, при понимании, что любая поставленная цель должна быть реалистична и предполагать необходимость компромиссов. Потому что дипломатия — это достижение договоренностей с кем-то. Это не то, что ты сам придумал и сам в одиночку делаешь, но всегда диалог, всегда нацеленность на консенсус, а это может быть только через компромисс.

Что касается командировок, которые запомнились, — мы сегодня говорили о Сирии. В первых числах осени  2013 г., когда американцы всерьез готовили удары по САР, делегаты приехали на саммит «Группы двадцати» в Санкт-Петербург. Никаких встреч между В.В.Путиным и Б.Обамой там не планировалось. Более того, Б.Обама, обидевшись за получившего у нас убежище Э.Сноудена, отменил планировавшийся накануне саммит в Москве. Хотя на что тут обижаться? Человек попросил убежище, потому что дома ему грозил электрический стул. Тем более, пока он летел из Гонконга в Москву для пересадки, его паспорт был аннулирован. Так вот, американский президент отменил планировавшуюся встречу, хотя готовился к подписанию очень интересный документ о стратегической стабильности. Такая манера ставить личное над государственным у него все-таки проявлялась. Так же, как она проявилась, когда в декабре 2016 г., уже уходя с поста президента, он «хлопнул дверью», отняв российскую дипсобственность, выгнав дипломатов и тем самым оставив Д.Трампу отвратительное наследство в отношениях с Россией, что до сих пор в известной степени сказывается.

Но на саммит «Группы двадцати» в Санкт-Петербург Б.Обама все же приехал. Никаких планов двусторонней встречи даже «на ногах» не было. В какой-то из перерывов, когда случилась пауза, он попросил о разговоре с В.В.Путиным. Говорил, что невозможно терпеть ситуацию в Сирии. Потому что тогда уже были первые сообщения о применении химического вещества против мирных граждан. Именно в этом разговоре родилась инициатива, которую выдвинул наш президент: добиться решения Б.Асада о присоединении САР к Конвенции о запрещении химического оружия. Это было в принципе одобрено двумя президентами, и нам с госсекеретарем США Дж.Керри поручили все оформить. Оформляли мы это в сентябре того же года сначала в Женеве, потом в Нью-Йорке. По линии Совета Безопасности ООН подготовили резолюцию, которая была единогласно принята и потом на 100% выполнена. Причем в выполнении участвовали военные и специалисты по химоружию из России, США, Китая. Такая вот интернациональная операция, по итогам которой экспертами ОЗХО было зафиксировано полное отсутствие химического оружия в Сирии. И эта организация затем получила Нобелевскую премию мира. Это на самом деле вызвало очень большое удовлетворение от реально проделанной работы. Ведь и «на бумаге» бывает трудно договориться, а здесь, помимо согласования всех слов и предложений, все это оказалось еще реализованным на практике.

Другое дело, что сейчас американцы пытаются поставить под вопрос тогдашний вердикт о выполнении Дамаском всех обязательств, хотя он был универсальным, и все под ним подписались.

По материалам mid.ru.

Читайте также