«Я боюсь, что мои дети могут узнать, что такое голод»: история харьковчанки о том, как война изменила ее жизнь

Фото: IPnews

Харьков стал одним из первых городов, которые атаковала рф. И вот уже в течение двух месяцев город безуспешно пытаются захватить и накрывают обстрелами. В интервью IPnews харьковчанка Галина Токаева рассказала, какая сейчас ситуация в городе, как её семья выживает с начала войны, и как «гуманитарка» стала единственной возможностью поесть.

«Я проснулась от громких хлопков» или как все начиналось

Информация о планах путина наступать на Украину появилась в сети еще в конце прошлого года, но тогда большинство оптимистично настроенных украинцев не придали ей большого значения. Когда за полторы недели до начала войны путин выступил с заявлением о признании границ «ЛДНР», для многих это было причиной насторожиться. О предвоенных настроях внутри города высказалась и харьковчанка Галина:

«Очень напугало, когда всех американских послов начали эвакуировать с территории Украины за месяц до наступления. Также в 20-х числах активно начали ходить слухи о наступлении, люди начали снимать деньги с банкоматов, заправлять машины, собирать вещи, многие семьи уезжали».

Около 5 утра 24 февраля украинцы проснулись от взрывов во многих городах. Харьков был одним из тех населенных пунктов, которые пострадали больше всего.

«Я проснулась от громких хлопков, подумала, что кто-то среди ночи фейерверк пускает. Я не могла поверить, что они действительно обстреливают спящих мирных жителей», – вспоминает свои первые эмоции от войны Галина. 

Женщина проживает на районе Салатовка в 13-этажном доме, с ее квартиры открывается обширный вид на южное и восточное направление:

«Увидела, что массово обстреливают в направлении Чугуева. В пол девятого связалась со своей знакомой, проживающей на окраине города, она сообщила мне, что в их доме не осталось ни одного уцелевшего окна».

«Моя 8-летняя дочь уже различает, кто стреляет»

В первый день войны по району ходил участковый, который открывал подвалы домов, а жители были заняты их уборкой. Младшей дочери Галины 8 лет, старшему сыну – 17. Сейчас семья Галины уже адаптировалась к этим условиям и научились различать сторону, откуда ведется обстрел:

«Моя 8-летняя дочь София уже различает, кто стреляет: наши или чужие. Когда видим, что наши – остаемся в квартире, не прячемся, ибо волноваться нечего».

«Разворовывают все, что видят»: о мародерстве в Харькове

Проблема городов, находящихся под боевыми действиями – мародеры. Она актуальна и в Харькове. Галина сама непосредственно принимала участие в задержании мародера, заметив такого и обратившись в полицию.

«Все автоматы с водой побили, у нас на районе киосков 10 разбитых стоит. Вчера вижу, что на киоске с полуфабрикатами выбили окно и опустошили его, а вот за день до этого он стоял целый».

Работа продуктовых, транспорта и коммунальных служб: как живет Харьков сейчас

Галина занимается сельским хозяйством и потому для нее источником пищи и заработка была ее дача в районе Чугуева. Сейчас этот город находится на линии соприкосновения, потому никакой физической возможности доехать туда за продуктами нет:

«Прилетело 10 снарядов на наш дачный кооператив. Сторож говорит, что 4 соседских дач уже разбомбили, а он сам вышел из туалета и прям туда снаряд прилетел после этого. Чудом спасло».

Имея пенсию в 2300 грн, Галина столкнулась с продовольственными трудностями, так как она – многодетная мать с большой семьей:

«Мужу не выдали зарплату за февраль. Хорошо, что мне 2 марта пришла пенсия, но после первого похода в магазин чек составил 700 грн. Гречка – 70 грн, кофе – 250 грн, картошка была по 30».

Сейчас харьковчане адаптировались к военным условиям, в городе уже работает все больше магазинов и рынок, но продукты в продаже дозированы. Например, масла отпускают лишь 400 грамм в руки.

Транспорта в городе нет с самого начала боевых действий, зато коммунальные службы работают в штатном режиме и усердно: в полном доступе есть вода, свет, газ, подметаются дворы, мусор вывозят: «У нас перебои быстро устраняют, но недалеко от нас есть дом, в котором уже полтора месяца электричества нет».

«Еще не было ни одной спокойной ночи»

Каждая ночь в Харькове, без исключений, освещается ракетами и проблесковыми маячками скорой помощи:

«Еще не было ни одной спокойной ночи. Когда летят ракеты, вся комната освещается красным и за ними по 5-6 «скорых» проезжает. Стрелять начинают стабильно по ночам, часа в два начинают, это у них любимое время, в 8 утра берут перерыв, в 10 возобновляют – такой у них график. Два часа сна в сутки для нас – это норма».

«Я боюсь, что мои дети могут узнать, что такое голод»: гуманитарная ситуация в городе

На вопрос, в какой момент было страшнее всего, Галина ответила, что главный ее страх связан не с действиями рашистов, а с ее детьми:

«Когда на меня смотрели заплаканные глаза моих детей, желающих покушать, а денег у меня уже не было. Я не боюсь за свою жизнь, не боюсь взрывов и обстрелов, я боюсь лишь, что мои дети могут узнать, что такое голод».

Гуманитарная проблема для Харькова стоит костью в горле: «Дети не видели колбасы полтора месяца, бывало и такое, что без хлеба сидели. Я сама 15 килограмм веса потеряла с начала войны».

Сарафанное радио спустя неделю войны донесло о местах выдачи гуманитарной помощи, которая в последствии стала единственным способом выжить. Три раза в неделю семья Галины получает гуманитарную помощь. Основные пункты – это Собор Святого Николая Чудотворца УГКЦ и Дом христианской молитвы «Святая Троица».

Сейчас наплыв людей на гуманитарную помощь увеличивается, а потому достается не всем. Приходить на точки выдачи стоит заранее, на некоторых выдаются талоны: «Поняли, что нужно первыми быть после того как попали на мерзшую картошку».

Чтобы получить гуманитарку, женщине приходится идти за ней ранним утром или поздней ночью во время обстрелов и комендантского часа: «Выходим в 4 утра, когда слышны обстрелы. Три раза было такое, что попали под обстрел, когда стояли в очереди. Ракеты над нами летали, мы прижались к забору и детей собой накрыли». 

Вариант покинуть город многодетная мать не рассматривает

Жизнь Галины строится вокруг ее дачи и хозяйства и вариант покинуть город многодетная мать не рассматривает: тому мешает и отсутствие финансовых средств.

«Моя сестра высококлассная швея, жившая в достатке до войны, уехала в Германию с двумя дочерьми и сейчас работает там посудомойкой за 5 евро в день, ходит в зимних сапогах, ибо других нет, дочь заболела – осмотрели бесплатно, а вот лекарство – покупай сама. Сейчас их поселили на спортивной базе, но сказали, мол живете тут месяц, а потом сюда спортсмены приедут тренироваться. Куда нам ехать? Кому мы там нужны?», — говорит женщина.

Многие люди уже начинают возвращаться в Харьков из-за границы и западной Украины, предпочитая беженству жизнь под обстрелами, но в своем доме.

К сожалению, таких историй выживания под обстрелами – не единицы и даже не сотни. Ежедневно миллионы украинцев пытаются выжить и ждут только одного – победы Украины.

Вадим Корниенко

Читайте также: В Бердянську окупанти створили фейкову «мерію» з двірників та вантажників

Хочете бути в курсі останніх подій в Україні та у світі, слідкуйте за нами у Фейсбук та на каналі Telegram

 

Читайте также